Никольский листок №8 (133), 2011
ИЗУЧАЯ «УРОКИ ОТЦА»
Встреча воспитанников воскресной школы и прихожан с Г. П. Ансимовым
Окончание. Начало в № 6 (131), 7 (132) за 2011 г.
– Вы писали, что Вам трудно было найти какую-либо работу, потому что Вы были сыном врага народа. Вы могли бы подробнее, чем в книжке рассказать о том, как Вы нашли свою первую работу, как Вас туда взяли?
Когда я кончал школу, девятый класс — отец тогда пропал, и мы не знали, что его расстреляли, 50 лет мы не знали об этом, и 50 лет я был сыном врага народа. На меня показывали пальцем, смеялись, говорили разные гадости. Но первое, что меня ударило в школе, это когда вдруг в 1939 году был набор в артиллерийское училище, а если ты учишься в артиллерийском училище — то потом ты офицер армии. Я подал заявление, и меня вызвали в комиссию и сказали: «Заберите свое заявление, вы не только сдавать экзамены, но даже и заявление подавать не достойны, потому что у нас все кругом дети рабочих и крестьян, и нам поповские сыновья будут мешать». И я понял, что это конец моим мечтам и надеждам, никуда меня не возьмут. Мою сестру никуда не брали, пока она не отделилась от родителей. Когда она отделилась и стала жить самостоятельно — ее взяли учиться чертежником. Я знал, что мой путь — это идти в кустари, или стать извозчиком, или дворником. В общем, никакой перспективы, только вот такая безнадега. Мама все мне говорила: «Бог милостив. Давай молиться». А я говорил, что да, Бог милостив. Но я уже терял всякую надежду. И вдруг я прочитал объявление о том, что театральная школа театра Вахтангова делает дополнительный набор мальчиков в училище. Видимо, там не хватало мальчиков, и я подумал, что может там не будут надо мной издеваться, а будет по делу разговор. И я подал заявление, дрожащими руками написал его. Оно у меня до сих пор дома хранится: «Прошу мне не отказать в просьбе…». У меня приняли заявление и даже не спросили — кто такой, откуда. Посмотрели на меня: парень, давай. Я готовился, конечно. Знал что такое театральная школа, учил стихи, прозу и готовился сдать экзамен. А вот перед комиссией я вышел первый раз в жизни. В комиссии были — может быть, вы слышали — Борис Васильевич Щукин, знаменитый актер, который первый сыграл Ленина в кино и в театре, Рубен Симонов, Василий Васильевич Куза. Я читал, они говорят: «Еще читай», — я еще читал. Потом они говорят: «А с музыкой ты как?» — «Да так, пою немножко». «Спой чего-нибудь». Я спел. Потом мне сказали: «Иди», — потом: «Вернись», — потом: «Прочитай еще раз»… Я прочитал еще раз… Меня взяли! И Куза, длинный такой артист, он сидел сбоку — он мне подмигнул, будто сказал: «Мужайся!» А потом меня приняли в театр во вспомогательный состав играть в массовках — крестьяне бегают, или солдаты в форме ходят. И там же, в театре Вахтангова, я получил первую зарплату, и это было для меня — как будто мне бросили спасательный круг. Я понял, что я везде был гоним, а здесь меня не выгнали и приютили. С этого началась моя театральная жизнь. Началась случайно, но получилось так, что я всю свою жизнь посвятил ей. Но эти пороги, связанные с врагом народа, были всегда. Самый большой порог был тогда, когда я уже учился в театральном институте на режиссерском факультете. Я учился успешно, мне нравилось, и всем нравилось, что я делаю, я был успешный ученик.
В это время в Большом театре был конкурс в стажерскую группу режиссеров. Все режиссеры тогда были уже старики, а молодых не было, и надо было откуда-то их брать. А откуда брать — неизвестно, надо учить. Ну, хотя бы открыть стажерскую группу, чтобы они воспитались тут, а потом уже как-то иметь с ними дело. И впервые открыли стажерскую группу. Вообще никто не знал, что это — стажерская группа, как с ней быть, как ее набирать. Важно, чтобы были молодые режиссеры. А как с ними обходиться, никто не знал. В Большом театре был главным режиссером Леонид Васильевич Баратов, такой эффектный, очень интересный человек, очень хороший режиссер. Он был православным, не стесняясь, молился перед репетицией каждый раз. Все знали — он молится. Он был председателем режиссерской комиссии. Комиссия решила так: взять какие-то сцены из опер: на двоих, на троих, дуэты и терцеты, и дать кандидатам в режиссеры задание — поставить эти сцены. Мы тебе даем артистов, а ты поставь. Казалось бы, очень просто. Мы пришли, там несколько человек кандидатов было со мной. Сидим, нам роздали задание, мне досталось трио из «Царской невесты». Сижу, думаю, как мне поставить. И в это время открывается дверь, и входят артисты, с которыми мы должны работать. Вот здесь я окончательно потерялся. Потому что я студент, и у меня край рукава обтрепался, и я его стараюсь спрятать. Я имел всего один костюм, который я гладил каждый раз перед тем, как куда-то пойти. Это был переутюженный костюм. Блестел уже везде. И вот, сидит такой обычный студентик, и являются мастера Большого театра. Идет Давыдова, огромная красавица женщина, с чернобурым лисичьим боа на шее, такая гигант оперы. Идет Норцов Пантелеймон Маркович, тоже эффектный такой, с тростью ходил, а ручка трости — серебряная голова лошади. И еще несколько таких личностей, таких огромных фигур вокалистов стоят передо мной. А я с ними что-то должен делать. Они на меня смотрят, будто хотят сказать: «А ты кто такой?! Учить нас будешь? Я Любашу пела уже раз сто, а ты меня будешь учить, как Любашу петь?»
Баратов говорит: «Следующий!» Я встаю и начинаю что-то рассказывать. Я придумал, что делать. Дрожащими губами и сухим языком рассказываю и показываю, как я хочу. Они прислушиваются, иногда отвечают, иногда не отвечают. Я думаю, сейчас они будут делать, а я буду говорить: «Стоп! Повторить!» — это страшно. Они скажут: «Пошел вон, да ты кто такой?!» Но кончилось для меня благополучно. Когда я все рассказал, как я хочу, они смотрят на Баратова: «Что, мы должны задание этого мальчишки выполнять? Что делать?» Баратов говорит: «Я считаю, что его рассказ это уже режиссерский план. Как он будет ставить, это мы уже потом разберемся. Садись». И меня взяли. Ко мне подходят и говорят: «Мы вас берем». И потом эти артисты подходят и говорят: «Хе-хе, поздравляем!». А потом меня вызывают в Большой театр и говорят: «Возьмите назад заявление, вас не берут. Вы сын врага народа, нам такие не нужны. Девятый отдел вас не пропускает». И все. На этом мои мечты закрылись. Но опять: спаси, Господи. Я ушел. И думаю, все! Вот теперь уже никто не поможет! Господи! А оказывается эти корифеи, эти мастодонты, эти в боа, Давыдова, и еще там кто-то был с ними, они узнали, что меня не взяли, что отдел кадров меня не пропускает, и написали вместе письмо в ЦК. Просят в порядке исключения как способного человека взять с испытательным сроком. И мне разрешили. И я в порядке исключения, с испытательным сроком проработал 50 лет в Большом театре.
Мне интересно слушать ваши вопросы и отвечать на них, смотреть, как вы слушаете.
– Скажите, а у Вас не было какого-то отторжения к власти в связи с тем, что испытала семья? Вы говорили, что хотели поступить в артиллерийское училище, значит все-таки патриотическое чувство было. А внутреннего противостояния не было, не видели ли тоже врага в лице кого-то, в лице власти?
Спасибо. Знаете, наверняка было. Не хочу думать об этом, но, наверное, все-таки было. Потому что на моих в глазах… У меня в жизни получилось так, что я родился в 1922 году. И в этом же году был создан СССР. Мы родились вместе и на моих глазах Советский Союз рос, развивался, тучнел, потом хирел, потом загнивал и потом кончился. И вся эта, извините меня, заваруха с больным Лениным, у которого была опухоль мозга и все только делали вид: «Ленин, Ленин, Ленин!», а он уже ничего не соображал. И потом вся эта склока: Сталин, Троцкий и компания. И на моих глазах была борьба Сталина с Троцким. С одной стороны Сталин со своими партийными единомышленниками, с другой стороны Троцкий со своими друзьями, с которыми он приехал из Америки. Ни тому, ни другому Россия не нужна. Один не русский, и другой не русский. Им важна власть, и важно подавить друг друга и владеть Россией. Сталин на моих глазах расправился с Троцким, выгнал его в Алма-Ату, потом в Китай, потом тот уехал в Аргентину, и там его добили все-таки. И когда добили, Сталин подумал: «Ну, теперь я остался один, теперь я сокрушу всех, кто был с ним», и пошли под сталинский топор Зиновьев, Каменев, и прочие. Я видел, как Сталин работает, что он делает, что он творит, что он пишет. Я изучал его книгу «Экономические проблемы социализма». Безграмотную книгу. Я ее сдавал. Сдавать надо было наизусть. Потому что если ошибся немножко в цитировании товарища Сталина, считай, двойка. Я сдавал Сталина. Я был на его похоронах. Я был у его гроба в Колонном зале. Я видел, что он маленький человек, у него оспенное лицо. Он плохо говорил по-русски. Это было для меня шоком, когда я первый раз услышал, как Сталин говорит. Что-то неразборчиво шепчет, а все: «А-аа!!!», «Ура-а-а!». Эту комедию я видел. Это был фарс. И воспевать его я не могу. А за то, что он уничтожил миллионы невинных, мудрых, честных людей, а остальных пересажал и перегноил, и Туполева, и Флоренского, и Лихачева и всех, только чтобы самому уцелеть, только чтобы удержаться... Жуков спас Россию на глазах Сталина, а он его загнал в ссылку. Недавно вручали премию имени Александра Невского. Я тоже удостоился этой премии. И вместе со мной эту премию получала Мария Георгиевна Жукова, дочь Георгия Константиновича, и мы с ней разговорились. Она православный человек, ходит часто в Сретенский монастырь, отец Тихон, настоятель монастыря, ее духовник. Мы с ней сдружились, и она тоже говорит, задает тот же вопрос, который вы мне задали. А я ей: «Такого человека, как Жуков, загноить и кинуть куда-то в какой-то округ, это только со страха можно сделать». Это я считаю абсолютно точно, за это готов бороться и я всюду это говорю, что Сталин — это Божье наказание для России. За что-то нам было такое наказание, когда всю Русь уничтожили, сгноили, посадили за решетку, заставили жрать друг друга, только чтобы ему было удобнее и, чтобы он сказал: «Я все это сдэлал и за это мне спасыбо». На эту тему я могу говорить много, потому что я этого нахлебался. И трагические страницы России, во времена правления коммунистической партии Сталина, я очень хорошо знаю, видел и испытал на себе. И я в этом обвиняю совершенно категорично, потому что я русский человек и православный человек, и весь этот ад был на моих глазах. Извините, может я разговорился, но это слишком больной вопрос для меня. Спасибо.
До следующего раза. Мне было интересно. До свиданья.
К ЮБИЛЕЮ ОБОРОНЫ МОСКВЫ В 1941 ГОДУ
Продолжение. Начало в №№ 4 (129), 7 (132) за 2011 г.
ВТОРОЕ НАСТУПЛЕНИЕ НЕМЦЕВ НА МОСКВУ
До середины ноября нашими войсками было нанесено несколько контрударов локального значения. Особенно удачным было наступление западнее Серпухова, начавшееся 14 ноября. В ходе пятидневных боев противнику было нанесено серьезное поражение.
Немцы восстановили наступление на Москву 15 ноября. Предполагалось окружить город с севера и юга, а потом взять его, но бои под Серпуховом серьезно затормозили немцев на юге, и реально наступление было успешным только с запада и с северо-запада.
4 ноября начались морозы и до весны снег и лед не таяли. Распутица закончилась, и увязающая в грязи техника перестала быть сдерживающим фактором для действий обеих сторон. Постепенно образовался твердый наст. Снега было еще мало и техника могла передвигаться повсеместно. Наши оборонительные укрепления были сосредоточены вдоль главных дорог, но немцы, сохраняя силы, наступали по второстепенным, меняя направления ударов.
После переправы наших войск через Истринское водохранилище, его водоспуски были взорваны. Образовался водяной поток высотой в два с половиной метра на протяжении 50 километров к югу от водохранилища. Попытки немцев закрыть водоспуски успехом не увенчались.
Не смотря на очень серьезное сопротивление, немцы подошли к Москве практически вплотную. Были заняты Клин, Солнечногорск, Волоколамск, Истра, Дмитров. Гитлер был настолько уверен в успехе, что перебросил часть авиации от Москвы в Средиземноморье на помощь Муссолини.
1 декабря началось последнее массированное наступление на Москву, в результате которого были захвачены самые ближние к Москве населенные пункты.
Между Киевским и Минским шоссе
2 декабря группа немецких танков с мотопехотой, двигаясь из района Наро-Фоминска, проникла далеко на восток, стремясь выйти к Голицыно. К полудню 2 декабря немецкий 478-й пехотный полк при поддержке 15 танков занял Юшково и Бурцево. Одновременно севернее из района Звенигорода к Голицыно двигались немецкие пехотные части. Возникла опасность больших клещей, значительно вклинившихся в глубину нашей обороны, но на севере немцы в сторону Голицыно продвинулись только на 4 километра.
Прорыв противника на Наро-Фоминском направлении
25-километровый танковый прорыв на центральном участке Западного фронта был абсолютно неожиданным и наиболее опасным. Немцы подошли к штабу Западного фронта в Перхушково на расстояние чуть более 10 километров и имели реальную возможность прорваться на Киевское или Минское шоссе.
При отступлении из Бурцево наши пытались поджечь село, но попытка не удалась, и немцы получили возможность отогреться в домах. Предыдущую ночь они провели в старых бетонных дотах на учебном танковом полигоне к западу от села. Мороз был за тридцать, и в караул выходили с кирпичом, нагретым на печке. Завернутые в тряпки кирпичи прикладывали к затворам, чтобы масло не замерзало и оружие не клинило. Но рай просуществовал всего шесть часов. 478-му пехотному полку было приказано отойти к Юшково.
Ликвидация прорыва противника под Бурцево
Положение спасло наличие резерва фронта в этом районе. Командарм 33-й армии М. Г. Ефремов сформировал из переданных ему сил танковую группу под командованием полковника М. П. Сафира и она 3 декабря разгромила немцев.
По завершении операции генерал-лейтенант Ефремов доложил: «Комфронта генералу армии Жукову, 478 ПП (258-я пехотная дивизия) противника, усиленный танковым батальоном в р-не Юшково, Бурцево и лес северо-западнее разгромлен, остатки отошли на запад…». За этот бой Жуков наградил Сафира орденом Красного Знамени.
Бурцево, находящееся в одном километре от Юшково, оказалось самым ближним к Москве населенным пунктом, до которого дошли немцы на центральном участке западного фронта (45 километров от центра Москвы).
В Бурцево есть небольшой современный памятник и памятные доски с фамилиями погибших односельчан. Памятником нашему народу, остановившему врага около самой Москвы, является и выстоявший, несмотря на все невзгоды, храм Вознесения Господня.
Двухэтажный храм, построенный в 1733 году, имеет Тихвинский придел, занимающий весь первый этаж. Храм пострадал во время Отечественной войны 1812 года. Закрыт в конце 30-х годов, осквернен и варварски ограблен, а вновь открыт только в 1999 году. Постепенно ремонтируется, так как находился в аварийном состоянии.
С 1924 года в Вознесенском храме служил священник Владимир Покровский. В 1938 году он был арестован за «проведение повстанческих настроений» и 26 февраля 1938 года расстрелян на полигоне Бутово. В 2002 году священномученик Владимир канонизирован Русской Православной Церковью.
Между Минским и Волоколамским шоссе
Немецкие войска не стали брать Звенигород, а обошли его. Если наступление в сторону Голицыно захлебнулось, то севернее они продвинулись на значительное расстояние в сторону Москвы. Об этом прорыве широкой публике практически ничего не известно.
1 декабря на правом фланге 5-й армии началась сильная артиллерийская и авиационная подготовка врага. Пехотные дивизии немцев нанесли удар по нашим 144-й и 18-й стрелковым дивизиям. Ближе всего к Москве продвинулись передовые подразделения 87-й пехотной дивизии 9-го армейского корпуса, достигшие дачного кооператива Николина Гора. Самой ближней к Москве точкой, где были остановлены немцы, оказалась маленькая деревня Маслово или ранее Масловка (34 километра от центра Москвы), которую немцы заняли 2 декабря после небольшого боя и удерживали до утра 5 декабря. Находится она в одном километре от Николиной Горы. На месте боя в 50 метрах восточнее деревни находится обелиск и братская могила погибших здесь 14-ти наших бойцов. На обелиске никакого упоминания о том, что здесь произошло, только стандартная фраза «Слава…». Немцы не заняли саму Николину Гору, они только обошли ее, побывав даже в санатории «Сосны», вплотную примыкающем к горе.
Места эти известны по Николиной Горе с ХV века, когда здесь находился Никольский монастырь с церковью Николы на Песку. В 1619 году на горе была устроена торжественная встреча отца царя Михаила Романова – митрополита Филарета, возвращавшегося из польского плена. В 1623 году постройки монастыря сгорели «от литовского разорения», и с того времени храм не восстанавливался. Остатки каменного фундамента храма сохранялись до самой революции. После создания в 1926 году известного дачного кооператива фундамент оказался на участке художника П. П. Кончаловского, а позже С. В. Михалкова – автора гимна СССР.
Продолжение следует
БОГОСЛУЖЕБНОЕ ПЕНИЕ
В православном богослужении важная роль отводится пению. Когда Спаситель и Его ученики совершили Тайную Вечерю, они, воспев, пошли на гору Елеонскую (Мф 26. 30). Спустя чуть более четверти века после Тайной Вечери (ок. 61–63 гг.) апостол Павел, обращаясь к христианам Ефеса, пишет: исполняйтесь Духом, назидая самих себя псалмами и славословиями и песнопениями духовными, поя и воспевая в сердцах ваших Господу (Еф. 5. 18–19).
На самом раннем этапе развития христианского богослужения не существовало специальных, профессионально подготовленных певцов и хоров. В пении участвовала вся община.
Нам хотелось бы, не умаляя значения клиросного пения, максимально вовлечь молящихся в нашем храме в активное участие в богослужение.
В настоящее время при многих приходах действуют курсы, готовящие профессиональных певчих. Имеются ноты для церковного клироса, компакт-диски с записями богослужебных песнопений, учебные пособия и периодические издания, адресованные певцам. В интернете созданы обширные нотные библиотеки.
Дорогие братья и сестры!
При нашем приходе по благословению настоятеля архимандрита Дионисия создаётся кружок церковного пения. В ходе занятий планируется изучение богослужения, истории церковного пения, церковного обихода, гласов, богослужебных песнопений, а также богослужебного устава, основ певческого мастерства и пения на клиросе.
Записаться в кружок можно за свечным ящиком нашего храма или у регента хора Юлии Ильюховой по телефону 8-963-995-67-97.
Приглашаются все желающие!!!