В день праздника Божественную литургию совместно со священнослужителями Никольского храма — настоятелем архимандритом Дионисием, иереем Павлом, диаконами Георгиями — совершили иерей Иоанн Миролюбов, клирик храма Покрова Пресвятой Богородицы и гости — клирики Русской Православной Церкви Зарубежом из США и Австралии — протопоп Пимен Саймон, игумен Иоанн Берзиньш и диакон Иерофей Попов.

После литургии был совершен крестный ход вокруг храма и освящена закладка часовни в честь святых новомучеников протоиерея Сергия Голощапова, протоиерея Павла Ансимова и протоиерея Александра Буравцева.

Отрадно видеть, как преображается не только сам храм, но и возвращается былое благолепие прилегающей к храму территории, и в год пятнадцатилетия возрождения приходской жизни это происходит особенно стремительно.

Дошла очередь и до часовни. На старых фотографиях нашего храма с северной стороны от стройной колокольни с надписью «Приидите людие, Триипостасному Божеству поклонимся, Сыну во Отце, со Святым Духом» видна небольшая каменная часовня, крытая железом и «построенная издавна, неизвестно по какому случаю». Колокольня уже стоит, есть и надпись на ней — а теперь и часовня растет не по дням, а по часам; а праздничный случай ее закладки и дорогое нам посвящение, есть надежда, что не сотрется в нашей памяти.

По окончании богослужения настоятель и гости обменялись привет­ственными речами. И пасхальная радость духовного единения не ускользнула ни от кого — все чувствовали необычайное волнение гостей, впервые после знаменательного объединения двух частей Русской Православной Церкви сослуживших в России, разделивших с нами торжество нашего престольного праздника, обогативших его своей молитвой и символичным совместным освящением закладки часовни в честь новомучеников. И для нас этот день стал вдвойне праздничным.

 

«Былое пролетает…»
Исторические комментарии архимандрита Дионисия

Вместе с другими ссыльными иеромонах Пимен был отправлен в Узбе­кистан. После долгого пути в арестантском вагоне, через европейскую часть страны, прикаспийские и казахские степи и полупустыни прибыли к месту нового поселения…

Богоборческий режим свирепствовал с одинаковой силой, что в центре, что на окраинах советского государства; гонения обрушивались и на тех, кто исповедывал православие и на тех, кто придерживался других вероисповеданий. Узнав, что в Киргизии комиссары не преследуют духовенство, из ЧК пришла туда «разнарядка»: «Арестовать каждого второго муллу и двух из трех попов».

Если Сибирь называют «землей мучеников», то Среднюю Азию стоит назвать «землей исповедников». Сюда, в «жаркую Сибирь» были сосланы десятки архиереев, тысячи священников и иночествующих. В разных городах и селеньях претерпевали ссылку 17 архиереев. Среди них: митрополит Арсений (Стадницкий)¹, священномученики архиепископы Никодим (Кротов)², Аверкий (Кедров)³, Прокопий (Титов)⁴, Августин (Беляев)⁵…

Какие духовные связи поддерживал в ссылке иеромонах Пимен, чем жил — нам неизвестно. Время пребывания его в Узбекистане, особенно в 1938 году, является для нас «белым пятном».

Если судить по анкетным данным, режим прохождения ссылки для молодого иеромонаха был относительно либеральным. Профессия, полученная в армии, стаж работы на строительстве канала Москва-Волга, похоже, очень пригодились и в ссылке.

21 февраля 1939 года Андижанский городской отдел здравоохранения извещал предприятия и учреждения, связанные с производством и реализацией продуктов питания о том, что «помощник Государственного санитарного инспектора Андижанского горздравотдела тов. Извеков С.М. имеет право беспрепятственного наблюдения за соблюдением санитарного законодательства».

Пробыв короткое время саниспектором, в начале августа 1939 года иеромонах Пимен (похоже, о его иеромонашестве мало кто догадывался) переводится на работу заведующим Областным Домом санитарного просвещения в городе Андижан. Буквально в эти же дни Наркомздравом УзССР «доктор Извеков С.М. командируется на конференцию работников санитарного просвещения в Москве».

12 августа иеромонах Пимен сошел с трапа самолета в московском аэровокзале «Внуково». Три года всего прошло с тех пор, как москвичи проводили своего батюшку, отца Пимена в тюрьму. Но как много вокруг изменилось…

Расстреляны архиепископ Филипп (Гумилевский), рукополагавший его, архимандрит Кронид (Любимов), от «трапезы бесед и наставлений» которого насыщался в скиту Святого Духа Параклит, протоиерей Александр Зверев, принимавший экзамены перед рукоположением, архиепископ Питирим (Кры­лов), под началом которого трудился в канцелярии Блаженнейшего Митрополита Сергия. Смертельная опасность нависла над самим существованием Патриархии.

…Куда пойти, где преклонить голову, кому поведать скорбь души. Дорого­миловский собор взорван, Пименовский в Воротниках — обновленческий. Наверное, как и раньше, нашел кров в Бауманском переулке у «дедушки», как с любовью звал Блаженнейшего. А может быть, командировочный «сов­служащий» не решился этого сделать. Надо полагать, встречи были: тихие, скромные, тайные. Глоток свежего воздуха среди своих…

Через год «доктор Извеков С. М.» поступает в Андижанский государ­ственный учительский институт на факультет русского языка и литературы. В конце октября 1940 года Андижанский ГОРОНО назначает его заведующим учебной частью школы повышенного типа и преподавателем русского языка.

После успешной сдачи экзаменов за I курс института и перевода на II курс, студент и преподаватель Извеков С.М. отпускается с 1 июля 1941 года в законный летний отпуск, но отдохнуть не пришлось…

 

⁵ АВГУСТИН (Беляев Александр Александрович, 28.02.1886—23.11.1937), архиепископ. 1923 хиротонисан во епископа Ивано-Вознесенского, викария Владимирской епархии. 1926—1929 в ссылке. 1931—1934 в лагерном заключении. 1934 епископ Калужский и Боровский. Расстрелян.

 

В центральном историческом архиве г. Москвы сохранилась «Приходорасходная книга по постройкам в Николаевской церкви (что в Покровском)», которая велась с 24 апреля 1889 года по август 1893 года и по окончании строительных работ была представлена для освидетельствования в Московскую духовную консисторию (ЦИАМ. Ф. 203. Оп. 767. Д. 230. Л. 1—60). Она состоит из трех частей: 1. Приход и Расход сумм Строительной комиссии по перестройкам в Николаевской церкви. 2. Расход сумм, пожерт­вованных по подписи прихожан Николаевской, в Покровском, церкви и употребленных из сумм церкви на устроение в пределах предалтарных новых иконостасов и благоукрашение церкви. 3. Расход сумм по устроению нового иконостаса в главном храме, и благоустроению и освящению главного храма.

День за днем в «Приходо-расходной книге» в соответ­ствии с записями в журнале Строительной комиссии записывались со счетами расходов с разной степенью подробности имена подрядчиков, купцов, владельцев фабричных предприятий, магазинов и лавок, названия выполненных работ и поставленных строительных материалов. Указывались стоимость и объем работ, количества подвезенных материалов для строительства, подводились ежемесячные итоги расходования денежных средств с подписями членов Строительной комиссии и настоятеля протоиерея Матфия Глаголева. Страницы этой сугубо хозяйственно-производственной книги позволяют с большой наглядностью документально представить основные этапы строительства, восстановить убранство перестроенного в 1889—1893 годах храма. Зафиксированные в «Книге» реалии церковного интерьера частично возмещают те представления, которые могли бы дать фотографии храма, к сожалению не сохранившиеся, воспоминания прихожан Николо-Покровского храма, в свое время незаписанные. Приходилось уже неоднократно высказывать огорчение по поводу затерянных или уничтоженных описей церковного имущества храма 1813 года, 1920-х годов.

Строительные работы в Николо-Покровском храме начались в апреле 1889 года, продолжались несколько лет по плану, предложенному архитектором. Богослужения в храме не прерывались ни на один день, по-прежнему колокольный звон собирал прихожан для молитвы в полном соответствии с церковным календарем.

В первое лето 1889 года полностью разобрали до основания кроме нижней части западной стены, примыкавшей к колокольне, старую низкую тесную трапезную часть храма. Арки, ведущие из трапезы в главный алтарь в четверике, а также в алтарь Петропавловского придела оградили прочными деревянными пристройками, в которых хранились после перемещения из трапезной иконы и в течение всего лета размещались молящиеся во время богослужения в приделе апостолов Петра и Павла.

К зиме 1889 года строительство новой трапезы храма с печами для отопления завершили. Сохранив 22 аршина (15,65 м.) в длину от входных дверей с запада до арки четверика, трапезная в ширину увеличилась до 36 аршин (25,60 м.), в высоту в среднем своде до 12 аршин (8,53 м.), а в боковых сводах до 11 аршин (7,82 м.). Окна стали выше и шире. В мае 1889 года кузнечный мастер москов­ский мещанин Петр Филиппов Лыков поставил в новую трапезную из своего материала двенадцать железных оконных решеток общим весом 143 пуда 11 фунтов по 4 рубля за пуд, две новых железных решетки в арки боковых дверей новой трапезной общим весом 19 пу­дов 2 фунта, две пары железных пробоев с винтами к дверям. Им же были разобраны старые решетки старой трапезы и разрублена старая железная решетка для подвальных окон. В июле—сентябре 1889 года оплатили счета из лавки Батениной за взятые для храма двойные матовые стекла разной меры и толщины и за вставку стекол.

Летом того же 1889 года колодезник крестьянин Родион Абрамов Самсонов устроил артезианский колодезь для снабжения стройки водой. Как известно, песок, щебень, цемент и прочие строительные сыпучие материалы и растворы требовали при использовании большого количества чистой воды. Кроме того, были проведены трубы для стока почвенной воды из старой печной каморы под храмом. Необходимое оборудование для устройст­ва колодца, а также газовые трубы разного размера, переходную муфту, три газовых трубы для новой печной каморы, качалка были поставлены конторой «Э. Тильманс и Ко».

Зимой 1889 года богослужения продолжались в правом приделе апостолов Петра и Павла с размещением молящихся в новой трапезной.

Во второе лето — 1890 года — проводились строительные работы в главном Никольском храме. В боковых старых стенах четверика с южной и северной сторон вместо прежних оконных и дверных проемов были прорублены арки, выходившие в боковые приделы, окна устроили вверху четверика. Мастером Лыковым для средних окон купола четверика были сделаны две решетки общим весом 16 пудов 7 фунтов.

После того, как богослужения возобновились в центральном Никольском алтаре и трапезной, начались работы в боковых приделах. Летом 1890 года осуществилось давнее желание прихожан о создании самостоятельной алтарной пристройки с иконостасом для придела Покрова Пресвятой Богородицы. Затем была разобрана боковая алтарная пристройка правого предела апостолов Петра и Павла при соответствующем ограждении от центрального алтаря с трапезной. В полном соответ­ствии с левым вновь выстроенным приделом Покрова Пресвятой Богородицы в течение осенних месяцев 1890 года и этот придел вместе с иконо­стасом был построен. Таким образом, алтари двух боковых приделов по замыслу архитектора П.П.Зыкова устроились в одну линию с главным алтарем храма, и весь Николопокровский храм в плане «принял форму прямоугольника весьма значительных размеров».

 

Этим юбилейным для прихода летом вышла в свет книга создателя и первого руководителя молодежного объединения «Реставросъ» Кон­стантина Козлова о Белозерске. На первый взгляд тема книги — не о нашем храме. Но нельзя сказать, что она не имеет никакого к нему отношения. Константин был прихожанином Никольского храма, деятельно участвовал в его восстановлении, когда храм особенно нуждался в помощи. Поэтому позволю себе немного рассказать об этой книге, ее истории и истории Реставроса, переплетающейся с ней.

Впервые добровольцы из Реставроса пришли помогать в Никольский храм по приглашению архимандрита Дионисия 28 января 1997 года. Будучи Благочинным, он узнал о сумасшедших людях, бесплатно таскающих кирпичи и выносящих мусор из храмов, от настоятеля храма Иакова Зеведеева, в котором группа ребят работала уже больше года. Константин с любовью вел статистику, и по его записям можно точно установить, какого числа и где проводились работы, и даже сколько человек при этом присутствовало. Осенью 1998 года, видимо, подводя итоги и своей жизни, он составил списки храмов, в которых за 8 лет его руковод­ства Реставросу довелось потрудиться. Получилось 21 храм в Москве, в том числе и наш, святителя Николая в Покровском, и 49 храмов и монастырей за пределами столицы.

А началось все в 1990 году, когда Константин впервые собрал группу для помощи археологам и архитекторам-реставраторам в северный город Белозерск, который полюбил в предыдущих поездках; один из самых древних на Руси, славный своей историей и незаслуженно забытый в совет­ское время, впрочем, как и многие другие провинциальные города. Эта первая совместная рабочая смена настолько изменила жизнь молодых людей, что, вернувшись, они уже не могли расстаться, и пришлось найти объект для работы в Москве. А Белозерск, как первая любовь, звал к себе, и они возвращались туда каждое лето, пока была такая возможность. Константин старался привезти туда, на север, на Белое озеро, как можно больше людей, он считал, что даже если человек больше никогда не окажется в тех местах, все равно в его душе останется благодатный след от встречи с этим краем, дивно украшенным Господом и освященным трудами подвижников. Он старался узнать об этих местах малейшие подробности, общаясь с краеведами, специалистами и местными старожилами, и передать свои знания и любовь тем, кого привозил с собой. Почувствовав невозможность передать все, что хотел бы сказать в рамках личной беседы и экскурсии, он стал писать, чтобы скоротечность времени и ограниченность сил не мешали изложению. Этой книгой, как путеводителем, реставросцы пользовались более десяти лет, но никак не удавалось ее издать в том виде, как мечтал автор. Нынешним летом, несомненно с Божией помощью, это издание состоялось, и было очень тепло принято в Белозерске. Выход этой книги — значительное событие не только в моей жизни, но и в жизни Реставроса. Это и дань памяти основателя, и надежда на будущие свершения, и благодарность городу, в котором начался путь к вере многих реставросцев. В одной из рабочих поездок и я, в числе других, приняла крещение в древнем Успенском соборе Белозерска. И теперь очень надеюсь, что, познакомившись с книгой Константина, гораздо больше людей услышит его зов, обратит свое внимание и на этот город, и на что-то утраченное в себе, заразится его любовью, и кому-то непременно захочется выразить свою любовь делом.

 

Выпуск Никольского листка в формате pdf >>